![7ab8d42a487dd94b361fe23ff0e5f630](http://multiki-online.com/wp-content/uploads/2017/11/7ab8d42a487dd94b361fe23ff0e5f630.jpg)
Мы не чувствуем, откуда берутся наши мысли, не осознаем, каким образом и где накапливается опыт. Для поверхностного ума все психические явления возникают, словно из пустоты – просто на халяву появляются на фоне сознания в завершенном виде, и так же неуловимо исчезают – в «никуда». Какая-то парадоксальная фабрика скоротечных грез. Можно было бы на этом остановиться и принять, что ум – это такой волшебник, развлекающий самого себя мгновенным созданием сиюминутных мыслей и чувств. Но психологов, отважившихся поместить психику в научные рамки, такой подход не устроил. В волшебство они не поверили, и принялись за разоблачение – дескать, то – не маг, а просто фокусник, прячущий своих «кроликов» в «рукавах». Увидеть и потрогать «рукава» науке и по сей день не удалось, а потому их так и называют тем, что осознанию не поддается – то есть, бессознательным. «Ловкость рук и никакого мошенничества».
Точнее говоря, сначала эту неосознаваемую вместимость называли подсознанием, затем, с легкой руки Фрейда, термин был заменен на «бессознательное». Проще говоря, бессознательное – это неосознаваемые психические процессы. А если подробней, то разные психологи бессознательное трактуют и описывают каждый на свой лад.
В этой статье имею наглость предложить и свой, совершенно ненаучный, взгляд. Вырабатывался он долго, из субъективных наблюдений, а потому сильно всерьез принимать не советую. Просто гипотеза.
«Второе сознание»
Я не раз говорил, что реальность для отдельного человека – это его собственная психика – набор субъективных восприятий. То, что мы воспринимаем глазами и ушами, не имеет никакой оценки. Плохим или хорошим, уродливым или прекрасным все это становится в голове. Мир обретает свои качества не где-то во вне, а исключительно в нашем субъективном уме. Хотите понять свой ум – посмотрите на жизнь, какой вы ее знаете. Ваша жизнь – это и есть вы. В этом контексте никакой объективной реальности нет, а есть лишь ее реалистичная, субъективная концепция.
Я не могу знать этого наверняка, но очень многое указывает на то, что именно бессознательное верховодит всей нашей жизнью. А воля и выбор поверхностного ума – это такая «электрическая дуга», которую создает «подстанция» бессознательного. Ум чувствует, будто делает выбор, но само это чувство выбора «фабрикуется» глубинными психическими процессами.
Можно уподобить бессознательное океану, а сознательный ум – ряби на его поверхности, возомнившей себя единственной причиной всего океана. На деле океан един, и представляет собой нечто несоизмеримо большее, чем наблюдаемые с его поверхности волны.
Еще одна аналогия – операционная система с тысячью невидимых активных и потенциальных процессов и ее рабочий стол. Наш поверхностный ум – это такой интерфейс для необъятной бездны бессознательных программ, этот интерфейс воссоздающих. На экране сознания мы видим цветные детские картинки и даже не подозреваем, какая титаническая работа проделывается для их презентации.
Здесь я делаю еще одно смелое допущение. Наше бессознательное является бессознательным не для себя, а для личности. Сознание там есть, да еще какое. Но поверхностному уму оно не принадлежит, для ума бессознательное со всем своим содержимым остается темной фрейдовской кладовой безжизненных механизмов. Где-то я кстати слышал, что Фрейд потому и отрекся от термина «подсознание», что он как бы предполагает наличие второго сознания.
Проекция и рационализация
Для продолжения повествования мне придется снова пояснить некоторые термины.
Популярный пример рационализации можно найти в басне о лисице, которая потерпев неудачу в добыче винограда, рационализировала свое отступление низким качеством еще зеленой ягоды. То есть, чтобы не принимать ограниченность собственных возможностей, лиса обхитрила себя мнимым отсутствием интереса к желанному объекту. Реальный мотив, бьющий по лисьей самооценке, остался в бессознательном. На поверхности сознания его подменила лживая рационализация – удобное пояснительное оправдание своих действий. Рационализация в психоанализе – это бессознательная «самозащита» эго, ограничивающая восприятие и мышление до формы, где собственное поведение кажется хорошо контролируемым и оправданным.
Яркий пример проекции можно проследить в известном анекдоте, где Винни-Пух безосновательно воображает, что рядом идущий Пятачок думает про него разные нелицеприятные вещи, за что решается своего друга ударить. То есть, чтобы не принимать собственную беспочвенную злость, Винни-пух спроецировал ее на Пятачка. Таким образом, реальный мотив злости остался в бессознательном. А на поверхности сознания его подменила лживая проекция – выгодное списание собственных неугодных мыслей и чувств на чужой счет. Проекция в психоанализе – это «самозащита эго», которая позволяет собственные неприемлемые чувства бессознательно приписывать окружающим.
Так вот, к чему это все? Описание Зигмундом Фрейдом проекции и рационализации я лично считаю его гениальным открытием. Но сам при этом понимаю их по-своему. В моем субъективном и ненаучном взгляде эти защитные механизмы работают беспрерывно и затрагивают глубочайшие пласты личности. Можно даже сказать, что сама личность базируется на фундаменте этих защитных механизмов. Все наше мышление – это безостановочная рационализация необъяснимой, хаотичной реальности здесь и сейчас, которую мы знаем исключительно за счет личных проекций.
Продолжаем строить необоснованно смелые гипотезы.
Выше я уже говорил, что все шевеления личностной сферы управляются невидимым «кукловодом» бессознательного. Ощущение личной воли, возможно, главнейшая рационализация нашего реального безволия. Ум делает все, чтобы сохранить иллюзию контроля.
Ощущение внешней, отдельной от нас, реальности, вероятно, лишь проекция нашего внутреннего раскола, где маленькая сознательная часть отделяется от необъятной бессознательной. Нам мерещится, что мы отделены от внешнего мира. На деле – это отделение от своей же глубинной сущности. Ощущаемый внешний мир во всем своем многообразии и есть наши собственные бессознательные черты. Иных способов констатировать реальность для нас нет.
Многие члены общества полагают, что мысли и чувства формируются не изнутри, а «снаружи» – внешними событиями. Дескать, то не наша персона такая обидчивая, а там, снаружи, обижают и сердят. Все многообразие жизни – «где-то там». Вот так и формируется инфантильная безответственность за себя вкупе с хроническим чувством несправедливости жизни.
Детский подход – верить во внешнюю причину собственных мыслей и чувств. Зрелый – в личную. Следующая стадия – стирание рамок между внешним, отдельным и личным, внутренним. Есть просто жизнь, а все разделения – лишь реалистичные мысли, на которых формируется фундамент эго.
На словах все условно. Божья воля – это, условно говоря, неосознаваемая «воля» нашего бессознательного. Этот божественный кукловод не только управляет нашим умом, он же формирует ощущение внешней среды. Да, можно поспорить и сказать, что формирует он не внешнюю реальность, а лишь ее восприятие. Но никакой иной реальности, помимо возникающей в нашем восприятии, для нас и нет.
Я тоже свято верю в отдельный от меня внешний мир. Но обучился проекции «возвращать». То есть, я могу ясно ощутить, что «вот этот» живой человек рядом со мной – лишь мое восприятие, которое можно воспроизвести повторно в любое время. Пока получается только при намеренном сосредоточении. Ничего особенно сложного в этом не вижу. Уверен, при должной тренировке этот «трюк» может освоить почти каждый.
Если возникают вопросы о том, как быть, если от нашей личности, вроде как, «ничего не зависит», отсылаю к статье о выборе и спонтанности.
«Вкус» реальности
О проекциях повторяться не стану. Эта тема у меня – излюбленная. Им на сайте посвящено множество текстов. Для дальнейшего описания рационализации в статье решил взять и переработать несколько абзацев из романа («Механический Бог», глава: «Рационализация хаоса»).
Рационализация – это процесс, благодаря которому наши действия кажутся оправданными, а мысли связными и реалистичными. Жизнь – это реалистичные грезы ума. Чем выше порог чувствительности, тем сильней приходится уму изворачиваться, чтобы мы покупались на его рационализацию.
В сновидениях восприятие настолько мутное и притупленное, что с легкостью ведется на самые дешевые разводки ночным бредом, принимая их за реальность. Поэтому для ума во время сновидений нет необходимости тратить на рационализацию так же много энергии, как днем. Во сне порог критичности невысокий, поэтому ум «ленится» и создает низкосортные, бессвязные проекции, которых ему с таким притупленным восприятием хватает, чтобы принимать их за действительность.
Чем выше уровень личной осознанности, тем качественней рационализации ума, чтобы осознанность не разоблачила его лживое «кино». Чем качественней рационализация ума, тем умней становится ум. Рационализация осознанного человека является наиболее реалистичной и продвинутой, чтобы этот осознанный человек на свою же продвинутую рационализацию покупался так же, как слабоумный покупается на свой бред.
Может показаться, что умные люди ближе к «истинной» реальности. На деле же они попросту дурачат себя наиболее продуктивными, изощренными методами. Их понимание жизни, пусть и качественное, но все такое же «кино» для души.
Всю свою жизнь мы гонимся за высокосортными иллюзиями, чтобы словить от них «вкус» реальности. Погоня эта изначально бесплодна, потому что даже самая продвинутая рационализация остается сном наяву, и чистой реальности не отражает.
В повседневной жизни есть неодушевленные объекты, люди и другие явления, на которые мы проецируем проекции. Во время сна для нас остаются темнота закрытых век и телесные ощущения. Поверхностные сны – рационализация именно этих остаточных данностей. Все самое интересное начинается в глубоких снах, где телесные ощущения притуплены или вовсе отсутствуют. Там происходит рационализация нашей бессознательной психики в чистом виде.
В этом месте повествования для пущего драматизма можете представить громогласный устрашающий хохот.
Ум получает информацию не от физического мира напрямую, а от бессознательной психики, которая для ума этот мир адаптирует в удобоваримый вид. Наше дневное мышление – все те же сны, спроецированные на «экран» сознания. Наши мысли как бы цепляются за устойчивость физического мира, обтекают его по наезженным, привычным траекториям, создавая таким образом особое, всем привычное чувство реализма происходящего.
Во сне, где привычный плотный мир отсутствует, продолжается рационализация бессознательной психики. Слой бессознательного, который озвучивают сновидения, можно представить в образе фабрики по переработке психических переживаний. Мы что-то чувствуем во сне. Ум эти переживания рационализирует в форме сновидений. Фрейд не зря назвал сны «царской дорогой в бессознательное».
Во сне нам может привидеться привычная дневная жизнь, потому что именно ее образы для нас – наиболее понятные. Сновидения – это аллегории, которыми психика выражает бессознательное.
Ложка существует
Есть одна популярная философская загадка про звук падающего дерева в лесу, который некому услышать. Слышен ли он? Сам по себе, вроде как, да, но не для нас. Выворачивать смыслы здесь можно, как угодно. Противоположные точки зрения могут оказаться адекватными и доказуемыми. А если эту загадку немного переиначить и спросить: «А существует ли мир за нашей спиной?» Чувствуете, чем пахнет?
Мы попросту безусловно верим в существование объектов вне поля нашего зрения. А между тем, и эта вера – лишь реалистичное убеждение рационального ума. Можно убежденно «знать» все, что угодно. Но сама эта убежденность имеет мысленную структуру. По-настоящему мы ничего не знаем, потому что наша уверенность в чем бы то ни было – это только крепкая безусловная вера.
К чему я тут философствую? Если принять точку зрения, что ложка существует, когда мы от нее отворачиваемся, примерно так же продолжают свое существование и психические явления, вышедшие из поля осознания. Бессознательные психические процессы – это «грохот» тех самых «падающих деревьев», который некому услышать.
В этом ракурсе ум не плодит свои мысли из «ничего». Он как бы скользит лучом нашего ограниченного внимания по «телу» памяти. Сейчас он направлен на смыслы, которые разворачиваются при помощи этого текста. Бессознательное – все то, что мы здесь и сейчас не ощущаем. А ощущаем мы ничтожно мало.
Чтобы жить и действовать, мы пользуемся умом. Наша психика для нас – это персональная окончательная реальность. Работа поверхностного ума – очень небольшой процент от всей психической активности, про которую ум ничего не знает. Окончательная реальность – это те самые сто процентов личной психики, которая играет с умом в подобие ролевой игры. Ум – крохотный младенец в сравнении с древним левиафаном сущности. А можно сказать, что нет никакой реальности. Есть только психические процессы.
© Игорь Саторин